hermetism1 (hermetism1) wrote,
hermetism1
hermetism1

Categories:

Игорь Калиберда. Франсуа Камбриэль и его “Курс Алхимии”.

Игорь Калиберда

Франсуа Камбриэль и его “Курс Алхимии”


Предисловие к русскому переводу "Курса Алхимии" Франсуа Камбриэля.

Исследователь алхимии Ришар Карон в своей статье “Заметки об истории алхимии во Франции в конце XIX и начале XX века” (1) говорит, что между 1800 и 1880 годами во Франции появились только три действительно важных текста по алхимии: “Небесная философия” Луи Грассо (2), “Разоблачённый Гермес” Килиани (3) и “Курс герметической философии или алхимии в девятнадцати уроках” Франсуа Камбриэля (4).

Луи Поль Франсуа Камбриэль родился в Ля Тур де Франс (Восточные Пиренеи) 8 ноября 1764 года и написал только одну эту книгу. На её титульном листе упомянуто о том, что он – “старый фабрикант сукон в Лиму, департамент Од” (5). То, что Камбриэль рассказывает в книге о своей жизни, противоречит данному указанию. Уже с молодых лет он был погружён в алхимические поиски. В 1799 году он поселился в Париже, где и оставался вплоть до 1845 года. Если бы он действительно был владельцем фабрики, то не нуждался бы в деньгах для завершения своей алхимической работы. Однако, это заявление обретает смысл, если рассматривать его как иносказание. Французское слово draps означает не только “сукна”, но и “простыни”, которые, как правило, были белыми (вспомним, например, русское слово “бельё”), а название города Limoux созвучно слову limon (ил, грязь). При таком прочтении это заявление указывает на то, что Камбриэль отбеливает нечто грязное. Например, алхимик Лиможон де Сен-Дидье говорит: “Поэтому вы должны быть уверены, что нельзя достичь никакого значительного успеха в нашем Искусстве, если в первом Делании вы не очистите Змея, рождённого из Ила (limon) Земли, если вы не отбелите эти мутные и чёрные Осадки, чтобы отделить от них белый Сульфур, Армониачную Соль Мудрых, которая является их целомудренной Дианой, моющейся в Купальне”. (6)

Камбриэлю исполнилось 79 лет, когда его книга была опубликована в Париже в 1843 году (хотя он закончил её писать в январе 1829 г.). Но широкая публика узнала о нём ещё в июне 1819 г., прочитав необычные объявления, которые он дал в “Ле Птит Аффиш” (7). Объявления содержали предложение, заключавшееся в том, что после того, как в течение приблизительно полутора лет ему передадут сумму 6000 франков, Камбриэль гарантировал инвестору прибыль 25000 франков на каждую данную ему 1000. Четыре года спустя после выхода в свет книги Камбриэля, в 1847 году, Жюль Франсуа Феликс Юссон, взявший писательский псевдоним Шанфлёри (8), решил провести расследование, касающееся автора этих объявлений и книги. Описание этого расследования включено в его книгу “Чудаки” (9) как глава под названием “Камбриэль” (10). Камбриэлю должно было быть тогда 83 года, поэтому вряд ли Шанфлёри надеялся на то, что найдёт его живым.


Матеус ван Хельмонт, 1623-1679. "Алхимик за работой".

Книга Камбриэля содержала два адреса, адрес печатника, напечатавшего книгу, и адрес хозяина квартиры, которую он снимал. Сначала Шанфлёри разыскал печатника, но печатник потерял след алхимика и не мог дать никаких интересующих Шанфлёри сведений. Что касается второго адреса, Париж, ул. Жюда, №8, то именно в этом доме Франсуа Камбриэль жил во время своего пребывания в столице. Он снимал в нём квартиру у господина Риве.

Риве с восхищением вспоминал об алхимике и как реликвию хранил лист бумаги в рамке, на котором Камбриэль написал несколько слов о Великом Делании в свойственном алхимикам загадочном стиле. Также он рассказал о неустанных алхимических исследованиях своего жильца и о том, как он подорвал своё здоровье, без меры и отдыха работая в лаборатории.

Но Риве, в изложении Шанфлёри, большей частью не сообщает ничего нового, чего не было бы в книге Камбриэля. Он почти дословно пересказывает книгу Камбриэля, описывая тех же людей, те же события, и излагает беседу Камбриэля с аббатом Соссом, бывшим капелланом Людовика XVIII и страстным алхимиком, исказив лишь имя алхимика Тревизана.

Риве также в полном соответствии с книгой и со всеми подробностями, упомянутыми в ней, рассказывает о чуде возвращения умершего человека к жизни, совершённом кузнецом (и алхимиком) по имени Лериш, о котором упоминает также знаменитый алхимик Фулканелли в своём сочинении “Философские обители”:

“Наряду со знатными персонами, чьи имена мы здесь привели, были и герметики, предпочитавшие нести звание розенкрейцера в безвестности, живя среди простолюдинов, намеренно скромно, ежедневно выполняя самую заурядную работу. Один из них – некий Лериш, простой кузнец, неведомый Адепт, обладатель драгоценного герметического камня. Мы никогда бы не узнали об этом благородном человеке исключительной скромности, если бы Камбриель не взял на себя труд рассказать своим читателям во всех подробностях, как тот возвратил к жизни восемнадцатилетнего лионца по имени Канди, впавшего в летаргическое состояние (1774 г.). Лериш учит нас, каким должен быть настоящий Мудрец и как он должен жить. Если бы все розенкрейцеры соблюдали подобную сдержанность и осторожность, если бы все они были так же непритязательны, нам не пришлось бы оплакивать стольких достойных Мастеров, которых погубили непомерное усердие, слепая доверчивость или жгучая потребность привлечь к себе внимание”.

Из невероятной точности рассказа Риве можно сделать вывод, что это – не его слова, Шанфлёри просто пересказал от его имени отрывки из книги, незначительно изменив их.

И здесь следует ещё обратить внимание на то, что в рассказе Риве о чудесном возвращении к жизни есть подробности, о которых не говорится в книге Камбриэля, но эти подробности оказываются вымышленными. Шанфлёри пишет, что Риве, рассказывая об этом исцелении, упомянул о том, что Лериш был учеником Камбриэля и для воскрешения использовал универсальное лекарство, созданное Камбриэлем. Но этого не могло быть, поскольку Лериш вернул к жизни лионца Канди самое позднее в 1777 году (11) и, следовательно, уже был зрелым мужчиной и обладателем эликсира в то время, когда Камбриэлю исполнилось только 13 лет. Шанфлёри говорит, что господин Риве показался ему честным и здравомыслящим человеком. С какой целью Риве стал бы выдумывать? Отсюда следует, что и эти “сенсационные” детали придумал Шанфлёри.

Окончание рассказа Риве (в изложениии Шанфлёри) не вяжется с его же сообщением о том, что Камбриэль был обладателем универсального лекарства. По словам Шанфлёри, Риве сообщил ему, что два года тому назад, то есть, в 1845 году, Камбриэль заболел и слёг. Он попросил Риве написать его семье. Его семья отправила ему деньги из Сен-Поль де Фенуйе, попросив господина Риве помочь Камбриэлю отправиться в частную лечебницу недалеко от Мо, где, по-видимому, он закончил свою жизнь в возрасте около 90 лет.

И опять, описывая просьбу Камбриэля переслать ему письма перед его отъездом в больницу, Риве (в изложении Шанфлёри) точно повторяет информацию, которая содержится в книге Камбриэля. Очевидно, что и эту деталь придумал Шанфлёри для того, чтобы “разукрасить” свой рассказ и направить мысли читателя в нужном ему направлении.

Из сказанного вытекает вопрос, насколько можно верить всему остальному, что сказано в тенденциозном очерке Шанфлёри о Камбриэле? Шанфлёри явно желал выставить его чудаком, человеком, у которого “не все дома”, и привести описание его жизни в соответствие с названием написанной им книги, сборника историй о чудаках.

Итак, к рассказу восхищающегося Камбриэлем хозяина квартиры Шанфлёри многое добавил и переиначил его в своих писательских целях. Можно сделать вывод, что фактом здесь является то, что Шанфлёри не нашёл Камбриэля, который уехал два года назад. Далее его судьба неизвестна, как об этом и говорит Риве в начале беседы с Шанфлёри: "мы не знаем, что с ним стало с тех пор, как он не живёт больше в доме".

Итак, кому же верить, Шанфлёри или самому Камбриэлю, который сообщил в своей книге, что он обрёл философский камень:

“... благодарный философ, который всегда доверяет Богу, и который обрёл это сокровище только посредством усердия и молитв, будет благодарить его за это и благословлять его всю свою жизнь за то, что он соизволил даровать ему такое великое свидетельство своей любви для того, чтобы вытащить его из состояния унижения, нищеты и лишений, в котором он пребывал многие годы, и позволить ему восторжествовать над всеми своими врагами, так же как над всеми высокомерными людьми и недоверчивыми родственниками, которые совершенно пренебрегли им и покинули его!

Если какой-либо любитель алхимии, внимательно прочитав девятнадцать следующих уроков, составляющих полный курс, признает его за …”


Признает его за кого? Надо полагать, за адепта, обладателя философского камня.

И далее в Первом Уроке он говорит об этом прямо: “Объект и само открытие являются, как я сказал об этом выше, философским камнем, который я обрёл с помощью Бога, с помощью друга и посредством трудной работы, продолжавшейся в течение двадцати семи лет”.

В примечании к этому заявлению Камбриэль говорит, что начал свои алхимические изыскания в тот же год, когда Бонапарт вернулся из Египта, то есть, в 1799 году. Следовательно, он достиг успеха в 1826 г., и когда писал свою книгу, которую он завершил в январе 1829 г., то ни в чём более не нуждался, включив в неё свои объявления и переписку как вехи истории обретения им камня.

С другой стороны, если Камбриэль был сумасшедшим, чудаком, каким старается представить его Шанфлёри, то как мог такой человек приблизиться к людям как высокопоставленным, так и чрезвычайно образованным?

Камбриэль был убеждённым бонапартистом, но, однако, часто посещал Жанну-Елизавету-Флориду де Монтюлле, вдову контр-адмирала и маркиза Мари-Шарля дю Шилё д'Эрво, ревностного сторонника Бурбонов, переписывался в 1820 году с маркизом де Габриаком, субпрефектом Вигана (Гар) и даже имел смелость написать принцу де Конде. Графиня дю Жанли, воспитательница будущего короля Луи-Филиппа, цитировала его и ссылалась на него в своих письмах и, по слухам, просила Камбриэля дать объяснение его науки юному принцу.

Химик Мишель Эжен Шеврёль (12) пишет в своём исследовании, появившемся в 1851 году:

“Конечно, если бы “Курс алхимической философии” не был написан человеком 79 лет, если бы его чистосердечность, его искренность, не были нам удостоверены достойными уважения людьми, среди которых мы перечислим господина Бодримона (13), которому Камбриэль был представлен другом Ампера (14), покойным Жильбером, которого мы знали как редактора научной рубрики “Газетт де Франс”, полного веры в герметическую философию, у нас никогда бы не возникла мысль говорить о сочинении Ф. Камбриэля в “Журнале учёных””. (15)

Когда в 1880 году упомянутый в цитате химик Александр Эдуар Бодримон, работавший в Университете Бордо, умер, его библиотека была выкуплена. Она содержала более 500 трудов, из которых большая часть была посвящена алхимии. Несколько неожиданно для одного из выдающихся химиков! Этот факт иллюстрирует то, что официальное осуждение научными авторитетами того, что они объявляют псевдонаукой, отнюдь не обязательно является проявлением их действительного отношения, и не ставя в известность широкую публику, они могут изучать и практиковать то, что публично порицают.

Шанфлёри подал пример и, последовав ему, почти все литераторы, критики и журналисты, не долго думая, отнесли Камбриэля в категорию мечтателей, чудаков и сумасшедших изобретателей. Очевидно, Камбриэль стремился именно к этому, поскольку он открыто объявил о том, что создал философский камень. Однако, в период конца XIX и начала XX века французские эзотерики, ставшие многочисленными, оценили его труд. Его сочинение будет переиздано и приобретёт неожиданную известность.

Франсуа Камбриэля и его книгу неоднократно упоминает адепт Фулканелли в своём труде “Тайны соборов”. Он подчёркивает ошибочность изображения и описания скульптуры святого Марселя, находящейся на подпорке портала святой Анны Собора Парижской Богоматери, которые содержатся во втором Уроке книги Камбриэля. Тем не менее, Фулканелли говорит: “Мы свою точку зрения никому не навязываем. Добавим лишь, что в целом она согласуется с соображениями Камбриеля. При этом, однако, мы не разделяем мнения этого автора, когда он необоснованно распространяет символику пьедестала на саму статую”, а также “Франсуа Камбриель разгадал – по крайней мере, частично – эту алхимическую загадку. Наградой же послужило упоминание о нём в “Чудаках” Шанфлёри и “Литературных безумцах” Черпакова. Удостоят ли и нас подобных лавров?”.


Примечания

1. Richard Caron. “Notes sur l'histoire de l'alchimie en France à la fin du XIXe et au début XXe siècle”, статья опубликована в “Esotérisme, gnoses & imaginaire symbolique: mélanges offerts à Antoine Faivre”, Peeters, 2001

2. Louis Grassot. “La Philosophie céleste”, Paris, 1803

3. Cyliani. “Hermes dévoilé” Paris, 1832

4. L. P. François Cambriel. “Cours de philosophie hermétique ou d'alchimie en dix-neuf leçons”, Paris, 1843

5. ancien fabricant de draps, à Limoux, département de l'Aude

6. Лиможон де Сен-Дидье Александр-Туссен. “Герметический Триумф или Победоносный Философский Камень”, Издательские решения, 2017 (“Письмо Истинным Ученикам Гермеса”).

7. Les Petites Affiches (“Маленькие Объявления”), газета.

8. Champfleury, также известный как Флёри (Fleury): настоящее имя – Jules François Félix Husson (1821-1889).

9. Champfleury. “Les Excentriques”, Paris, 1852

10. Включена в готовящуюся к изданию книгу как приложение.

11. Год возвращения к жизни Канди можно приблизительно рассчитать, исходя из того, что в книге, изданной в 1843 году, Камбриэль говорит, что в данное время Канди исполнилось 84 года, а в момент его чудесного исцеления ему было 18 лет. Хотя Фулканелли в “Философских Обителях” называет дату 1774 г., но он не даёт её обоснования.

12. Michel-Eugène Chevreul, 1786-1889.

13. Alexandre Édouard Baudrimont,1806-1880.

14. André Marie Ampère, 1775-1836.

15. “Journal des Savants”, 1851.


Купить книгу: Франсуа Камбриэль. "Курс Алхимии".
Tags: Камбриэль, алхимия, герметизм
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments